10 лет Клубу

 

НЕЗАБЫВАЕМОЕ
Р.Г. Асадуллина
ветеран кафедры физиологии и научной части

Ждите нас березы ...

Память свою только тронешь, как мысли становятся в очередь. Ни один день войны не забывается. В мае 1941 года после окончания четвертого курса нас распределили по городам и селам Башкирии и Челябинской области на производственную практику. Мы с подругой поехали в город Кыштым Челябинской области.

22 июня 1941 года. Воскресный солнечный жаркий день.  Жители города, спасаясь от жары, высыпали на озера, которые бусинами окружали город. Вдруг с горы мы услышали истошный крик мальчика лет десяти на: «Война! Война! Германия напала на Советский Союз! Бомбили Киев. Война! Война!». Помню, как вся лавина людей, полураздетая, одеваясь на ходу, бежала в город. Вечером в Горздрав пришла телеграмма - нас отзывали в институт. 25 июня в 25-й аудитории Главного корпуса (по ул. Фрунзе) состоялось собрание нашего курса. Директор института Геннадий Александрович Пандиков объявил: «С первого июля по плану военного времени по ускоренной прог­рамме на вашем курсе начинаются занятия без выходных дней. В утренние часы - занятия, в вечерние - по графику будете дежурить в больницах и госпиталях. Выпускные Госэкзамены состоятся в конце декабря этого года. Расписание занятий будет вывешено завтра. Строгая дисциплина, никаких опозданий». В расписании были увеличены часы занятий по хирургии и инфекционным болезням. Так у нас начался пятый курс. В городе начали открываться госпитали, стали поступать раненые фронтовики. Из Москвы и западных районов страны в Уфу эвакуировались население, министерства, учреждения, заводы.
Наступил август 1941 года. 17 августа 1941 года Распоряжением Министерства здравоохранения РСФСР парням нашего курса было присвоено звание врача досрочно. 20 Августа 1941 года они ушли на фронт.
В 38 аудитории Главного корпуса идет митинг. Институт прощается с нашими ребятами. Речи, пожелания, наставления… Митинг продолжился во дворе института у родных берез, которые маленькими саженцами нам, первокурсникам, в 1937 году подарили рабочие Лесхоза за нашу помощь во время посадки деревьев в парке. Мы посадили их во дворе института, ухаживали за ними, берегли их и вырастили двух красавиц в белых сарафанах. И теперь, под музыку студенческого духового оркестра, наши парни прощаются с ними и уходят в пекло Войны. Мы, девушки, через весь город по Центральной улице пешком провожаем их под духовой оркестр. По ходу движения к нам присоединяются молодые и пожилые люди, школьники. Казалось, весь город провожает их.
Привокзальная площадь. Прощания, последние слова, обещания, улыбки, смех, просьбы и слезы, слезы у всех и море цветов. Подали состав поезда. Посадка… Ребята повисли на окнах. Длинный-длинный прощальный гудок… Осиротевшие, стоим на перроне вокзала, пока не стало видно последнего вагона. Мы тогда еще не знали, что Ваню Говорова, Натана Эдельмана, Петю Ананьина, Ашота Арзуманова, Бориса Блинова, Сашу Брянского, преподавателя Краснова и его сына видим в последний раз.
Жизнь шла своим чередом… Перераспределили группы. Утром учились, ночами дежурили в больницах и госпиталях. Госпиталей становилось все больше, как и поступлений раненых и больных фронтовиков. В октябре 1941 года в наш институт приехал I Московский Ордена Ленина медицинский институт. Он был размещен в Главном корпусе на ул. Фрунзе, 47. Вслед за ним прибыл эвакуированный Киевский медицинский институт, которому отдали второй этаж биокорпуса по ул. Ленина. На первом этаже биокорпуса был развернут хирургический госпиталь. Мы стали учиться в первом и втором общежитиях в две смены. Через короткое время общежитие №2 освободили под Госпиталь. Нашим учебным корпусом стало первое общежитие, а студентов из первого и второго общежитий разместили по квартирам уфимских друзей. В нашей двухком­натной квартире, где жили мама и нас трое детей стали жить Ляля Юсупова, Зоя Росланова, Виктория Мышкина. Госэкзамены мы сдавали в декабре. Последний экзамен (по терапии) я сдала 30 декабря 1941 года. Проводы старого 1941-го, встречу нового 1942-го года и выпускной вечер нашего курса мы праздновали в один день. На нашем вечере на сцене 38-й аудитории выступали знаменитые солисты Киевской оперы Зоя Гайдай, В. Лаптев и другие артисты.
6 января 1942 года приказом по институту мы, девушки ускоренного пятого курса, стали врачами и с тех пор именовались восьмым выпуском врачей БМИ. За исключением восьми девушек (больных и имеющих детей) нас всех призвали в армию, разделили на группы по десять человек, назначили старшего, ему вручили документы, сказали теплые прощальные слова, выдали каждому проездные билеты на поезд и пожелали счастливого пути.
10 января 1942 года мы со слезами на глазах простились с нашими березами, прикопали их снегом, как в прошлые годы, чтобы они не замерзали. Сели на трамвай №1 и поехали на вокзал. Провожали нас родные и друзья. Мы были направлены в город Чкалов (Оренбург). Там находился Южный военный округ. Нас распределили по разным фронтам. Моя фронтовая жизнь началась младшим врачом стрелкового полка 22-й Уральской армии на Калининском фронте.
В сентябре 1942 года взрывная волна повалила брезентовую палатку полкового медицинского пункта. Двое раненых, которым мы оказывали помощь, санитар и я были контужены и ранены и госпитализированы в 134-й Медсанбат, ставший для меня родным домом до Дня Победы 9 мая 1945 года. Там я стала фронтовым хирургом.

Один миг войны

Калининский фронт, 22-я Уральская армия. Декабрь 1943 года.
Наш медико-санитарный батальон, расположенный недалеко от ветки железной дороги станции Локня, выполняет и функции полевого эвакоприемника. К нам из близлежащих медсанбатов, полевых госпиталей привозят раненых и больных для эвакуации в тыл страны. Готова очередная большая партия пациентов. Заболела врач-эвакуатор Надя Гончарова. Ответственными за эвакуацию назначены я и старший фельдшер Дмитрий Иванович Тарасов, свердловчанин, 53 лет. Когда его второго сына отправили на фронт, он добровольцем был определен в 134-й  Мед­санбат, который формировался в Свердловске. Для нас, троих девчонок, Нади Гончаровой из Свердловска, Нины Смирновой из Ижевска и меня, прибывших со студенческой скамьи, он был дядя Митя, наш учитель и защитник. Документы, истории болезни, справки подписаны, сложены в пакеты. Ждем «летучку» - переоборудованные под госпиталь на колесах пассажирский и товарный вагоны. Она должна прибыть около полуночи. С этого времени и до 4 часов устанавливается зыбкая тишина: перестают летать самолеты-разведчики. Тяжелобольных и раненых начали укладывать на носилки, ходячих переводить в оборудованные скамейка­ми для сидения палаты. Ждем... Холодно. По земле метет поземка. Проходит час – «летучки» нет. Вся бригада эвакуаторов до боли в глазах смотрит на восток. Всякие мысли лезут в голову. Почему нет? Что случилось? Мы уже имеем опыт. Случалось. Испытали. Из соседнего полка  по просьбе начальника медсанбата прибыла команда солдат на помощь санитарам-носильщикам. В 1 час 45 минут с погашенным фарами, без шума из тьмы выползает «летучка». Все приходит в движение. Тишина. Снуют носильщики, санитары, редко перекидываясь словами, стонут раненые, измученные долгим ожиданием.
При погрузке самым тяжелым и ответственным является погрузка «носилочных». «Ходячие» раненые и больные находятся в палатках под строгим контролем дяди Мити, слава Богу. Подходит дядя Митя, начинаем погрузку «ходячих». Их выпускают партиями по десять человек. Они, обгоняя друг друга, бегут и видят только номер своего вагона с единственным желанием войти в него. Смотрю на часы, и мне кажется, что стрелка стала двигаться быстрее, приближаясь к трем часам. Все! Все! Погрузка закончена. В штабном вагоне у начальника «летучки» подписываем акты сдачи и приема больных и раненых. Прощаемся с пожеланиями доброго пути. Выходим из вагона. «Летучка» тихо берет путь на восток. Мы, кучка медиков-эвакуаторов, стоим на рельсах и каждый из нас со слезами на глазах шепчет: «Счастливого пути, летучка. Дай Бог тебе мирного неба и земли. До свидания. Мы тебя будем ждать».
С Дядей Митей идем на рапорт к начальнику медсанбата. У лесочка чудом не сгоревшие три домика. В одном из них штаб медсанбата. Скрипучая дверь. Комната. Окна занавешены одеялами – маскировка. Стол. На столе две десятилинейные керосиновые лампы. За столом, подперев руками голову, сидит большой, грузный, седой подполковник – начальник медсанбата. У печки на стуле - главный хирург. Рапортую. Наступает тишина… Она какая-то звенящая, и мне казалось ей не будет конца. Вот он опускает руки и тихо говорит: «Молодцы. Спасибо. Идите спать». Сказано совсем не по уставу. Сказано так, как будто говорит жалеющий родной отец. Это была последняя капля в переполненную напряжением чашу. И я заплакала, как ребенок. Вышли из избы, дядя Митя проводил до палаток, в которых мы жили, сказав на прощанье: «Постарайся уснуть. Полчетвертого. Начали работать зенитки. Я в операционную. Скоро пойдут раненые». И походкой уставшего человека он пошел на работу.

Памятник погибшим выпускникам 1941-1945 гг

В 1950 году, когда мы, выпускники восьмого выпуска 1941-1942 гг., отмечали пятилетнюю годовщину отправления на фронт наших ребят, один из нас, Наджих Таипович Бикбулатов (светлая ему память), поднял вопрос о памятнике. Было решено начать сбор сведений. Создали рабочую поисковую группу под его руководством В.М. Маркушева, Е.А. Кадысевой, Р.Г. Асадуллиной. Позднее к нам присоединились Л. Юсупова (г. Киев), Р. Быковский (г. Харьков), М. Никитина (г. Москва). Мы разослали сотни писем по адресам родных, друзей и военкоматов с просьбой уточнить судьбу выпускников, отправленных на фронт в 1941-1945 годы.
Шли месяцы, годы… Письма шли медленно, приходили редко. В письмах горе и скорбь: «Рука не поднимается писать, что их нет». Наши письма зачастую оставались без ответа. Возможно, некому было отвечать, или письма не доходили до адресата. Цифра 61 держалась продолжительное время без изменения, поэтому мы решили остановиться на ней. Точную цифру погибших знает один Всевышний. Простите нас те, кто не попал в наш список, если вы есть, мы очень старались. Подготовка шла своим чередом: делали эскизы, подбирали и искали материал для памятника. Шли месяцы и годы. Администрация института пока не обещала финансирование. В 1965 году в день 20-летия Победы ректор института Зайнулла Аминович Ихсанов (фронтовик, главный врач Краснознаменной Башкирской кавалерийской дивизии) устроил нам, фронтовикам, прием. Нас тогда было 43 человека. На этом приеме Н.Т. Бикбулатов доложил, что было сделано нашей рабочей группой. И к великой нашей радости вопрос о финансировании был решен. Закипела работа. Спорили, выбирали размер, форму, вид памятника. Выбрали место во дворе института и готовый (по нашему мнению), достойный своего назначения памятник занял свое место. На мраморной плите Памятника были высечены имена выпускников огненных 1941-1945 лет. Это они, в белых халатах, в кирзовых сапогах и солдатских шинелях, с санитарными сумками на плечах, положив на Алтарь Свободы Родины свою жизнь, оставались в наскоро вырытых могилах на полях и дорогах войны. Они ушли в Бессмертие и вернулись в родной институт, к родным березам.

Их нет средь нас,
Но они живы,
Пока на свете
Живы мы.

Встреча через тридцать пять лет

После демобилизации, мы, врачи восьмого выпуска Башмединститута: Н.Т. Бикбулатов, В.М. Маркушев, Е.А. Кадысева и я, автор этих строк, - вернулись в наш институт и начали работать преподавателями. Защитили диссертации, стали кандидатами медицинских наук. Наджих Таипович Бикбулатов был назначен проректором по научной работе.
Одной из лучших традиций нашего восьмого выпуска врачей были встречи каждые пять лет в августе, месяце, когда мы проводили наших ребят на фронт. Годы брали свое. С каждой встречей нас становилось меньше. Встреча – хлопанье друг друга по плечу, смех, слезы без стеснения. Мы называли друг друга «Ванька», «Ритка», «Нинка», уверяя каждого, что никто нисколечко не изменился.
Я хочу особо выделить встречу через 35 лет в 28-й аудитории Главного корпуса (по ул. Фрунзе) на втором этаже. Нас поздравляли ректор института Ю.А. Лоцманов, профессор З.Ш. Загидуллин, студенты. Знаменательным для нас событием было приветственное выступление тогда ассистента кафедры госпитальной терапии №2 В.И. Никуличевой и ее подарок – стихотворение «Выпускникам огненных лет посвящается». Это нам, фронтовикам, не единожды раненным и контуженным.

 

Архив сайта

© Интернет-клуб выпускников Башкирского государственного медицинского университета, 2006-2016